Январь 1998 года.

Счастливая пара готовится к встрече старого Нового года в новой двухкомнатной квартире недалеко от Московского проспекта в Санкт-Петербурге. Муж понес выносить мусор и под дверью квартиры обнаружил маленького, дрожащего от холода, отчаянно мяукающего голодного котенка. Михаил осторожно берет котенка на руки — и котенок, согревшись, перестает мяукать. Вдвоем с молодой женой они кормят котенка из бутылочки молоком.

— Ну вот, Светик, в нашей семье прибыло!

— Он рыжий, золотко. Это к удаче.

— Ну не совсем чтобы рыжий. В полосочку.

— Ладно, я пошла Маринке помогу. Кафешка наша популярность набирает.

— Видишь, как удачно денег у Санька одолжили.

Света хмурится.

— Папа, покойный, говорил, что деньги нельзя одалживать. Особенно у друзей!

— Так это же близкий друг семьи. Пока мы с тобой семь лет осторожничали — вон он сколько денег себе нажил. Двадцать тысяч долларов для него пустяк!

— Для него — да. А для нас?

— Ну а что бы мы с тобой сделали на наши пять? Купили бы после смерти бабушки однушку в хрущевке и начали свою семейную жизнь с бесконечного ремонта, которого в этой квартирке сорок лет не было? Да и продолжали бы горбатиться на дядю за 200–300 долларов в месяц?

— И все же зря я тебя, авантюриста, послушалась! Пусть бы жили скромно — да на свои.

— Продолжали бы ездить в хибару твоего покойного родителя на берегу ручья, вытекающего из водяной колонки на горке и бегущего в ближайший пруд с лягушками...

— А не ты ли пытался там карасей ловить, когда мы только познакомились?

— Ну да, ты же презентовала в газете объявлений: «Загородный участок с домом и рыбалкой».

— И ты его даже собирался купить на свои триста долларов, «состоявшийся мужчина в самом расцвете сил». И если бы не то объявление...

— ...мы бы с тобой не познакомились.

— «С милым рай и в шалаше...»

— Ну иди ко мне, моя девочка.

— А как же кафешка?

— А кафешка никуда не убежит!

Звонок в дверь.

Михаил недовольно:

— Кого там еще черти несут?

— Милый, ты забыл? Нам же мебель сегодня должны привезти!

— Да, на широкую ногу жить начали. До сих пор не могу к этому привыкнуть.

Но у дверей квартиры оказался почтальон.

— Михаил Павлович?

— Я.

— Вам специальное письмо с уведомлением о вручении. Данные паспорта вот здесь надо заполнить.

— Позвольте, а кто отправитель?

— Без оглашения. Поймете при прочтении.

— Странно, может быть, тогда не получать?

— Как хотите. Но письмо сопровождалось телеграммой на имя начальника почтового отделения, и если вы откажетесь получать — то распишитесь, пожалуйста, вот здесь, — почтальон протянул квитанцию.

— А какова объявленная ценность отправления?

— Триста долларов.

Михаил на минуту задумался.

— Что ж, давайте заполню бланк на получение.

Когда дверь за почтальоном закрылась, Михаил в задумчивости крутил письмо, напряженно вглядываясь в каждую деталь странного конверта. Он даже поднес его к лицу и втянул в себя воздух. К нему подошла Света, обняла и наконец произнесла:

— Что думаешь делать с этим письмом?

— Наверное, лучше сжечь?

— Давай покажем его моей знакомой? Непонятное — это по её части.

Те же в той же квартире две недели спустя.

Света и Михаил за чашкой чая.

— Извини, дорогая, но почему, черт возьми, я должен бросить всё и ехать к черту на кулички? И скрываться там не от полиции, а от единственного друга семьи?!

— Мишенька, так надо! Иначе мы погибнем!

— Это знакомая твоя сказала? Она вообще кто? Ванга?

Света протягивает ему письмо.

— Это почерк моего покойного отца...

— Тоже странный способ. Послать письмо после своей смерти через своего друга детства. А почему не через нотариуса? А если бы этот друг умер вскоре после моего покойного тестя? Да и твой отец при всем уважении к его памяти при жизни не проявлял никак способностей Нострадамуса. Прапрабабушка у него была цыганка? Что из того? Очереди в обменниках будут расти? Нет ничего подобного. Иди, меняй сколько хочешь на что хочешь. В общем, выкинь эти бредни из головы. Давай просто жить как все люди.

Апрель 1998 года.

Небольшая комната в кафе для директора. Полированный стол, на нем монитор компьютера. В компьютерном кресле Михаил. На одном из стульев для посетителей его друг Александр. У обоих черный чай в граненых стаканах в металлических подстаканниках, как на железной дороге.

— Значит, друже, ты предпочитаешь роль лягушки, которая в сметане перестала шевелить лапками и смирилась с неизбежным? — произнес Александр, прервав затянувшееся молчание.

— Нет, я предпочитаю роль затаившегося таракана, когда хозяин внезапно зашел на кухню и давит всех, кто попался ему на глаза, а остальные бегут врассыпную...

— Так не всех же он разом раздавит?

— Вопрос решенный... На сколько ты погасишь мой долг перед собой за мою долю?

— На четверть максимум. Сам видишь, рубль, судя по всему, летит в пропасть. Хотя и на этом можно подняться.

— Ну, это не для меня. Будут потом жертвы этого бизнеса до смерти во сне являться. А я предпочитаю видеть хорошие сны.

— Как у тебя славно всё устраивается. Страна сама по себе — а ты вроде и не при чем.

— Синдром отличника и бывшего программиста. Не привык быть заложником чужих просчетов!

— Как знаешь! Не оказаться бы тебе в бомжах. Ко мне, во всяком случае, не советую больше обращаться. И учти: пятнадцать тысяч вернешь через год. И я не банк — через год «поставлю на счетчик». Умник какой нашелся. Я знаю побольше тебя, но...

— Санёк, тебе уже не выпутаться. А я просто вовремя тогда ушел из бокса.

Александр встал, забрал подписанные документы и, бросив напоследок: «Удачи», вышел из комнаты.

— И тебя спаси и сохрани! — про себя произнес Михаил.

Две недели спустя. Квартира Михаила и Светланы.

Светлана в глубокой задумчивости оглядывает каждый уголок, мысленно со всем прощаясь.

Входит Михаил.

— Светик, пора!

СВЕТЛАНА

Может, всё-таки попытаемся сдать квартиру в аренду с мебелью?

МИХАИЛ

Я же тебе объяснял: нам лучше исчезнуть. Хорошо, что Александру не известно про «фазенду» твоего покойного отца.

Светлана держит кота на руках, пока её муж относит последние вещи в грузовичок во дворе. Потом Михаил запирает квартиру на два ключа и включает охранную сигнализацию.

В милиции было оставлено заявление, что они с женой отправляются в Тверскую область на бывший хутор дедушки Михаила на неопределённый срок. Заключённый договор на охрану квартиры был оплачен на год вперёд.

Они садятся на сиденья рядом с водителем грузовичка.

ВОДИТЕЛЬ

(с тревогой, косясь на кота)

У вас котик спокойный? А то переноски нет...

МИХАИЛ

Очень. Просто не планировали с ним никуда ездить. Ну, да здесь ведь недалеко?

ВОДИТЕЛЬ

Относительно. Километров шестьдесят — шестьдесят пять.

(Продолжение следует)